7 мая 1918 года в Москве начал работу VIII Совет партии правых эсеров.
С докладом выступал Евгений Михайлович Тимофеев. Филолог и журналист умел
увлечь аудиторию. В самом начале его речи в зал вошла скромно одетая женщина.
Нерешительно осмотрелась. Отыскала свободное место и села. Стала слушать.
Это была Фейга Хаимовна Каплан - Фанни Ефимовна, как она себя называла.
- Основными целями и задачами русской демократии,- говорил Тимофеев -
мы полагаем аннулирование Брествкого мирного договора, возобновление войны
против Германии. Для этого необходима ликвидация власти Совета Народных
Комиссаров и возрождение в России подлинных органов народоуправления во
главе с Учредительным собранием.
"Туманно" -, подумал Семенов. Кто-то выкрикнул с места: "Просим уточнить!"
- А что, собственно, уточнять?- переспросил Тимофеев. - Я достаточно ясно
выразился: необходимо решительно приступить к ликвидации так называемых
Советов...
- Вы поняли Тимофеева?- спросил Семенов у рядом сидящего Сунгина.
- Чего тут не понять,- рассмеялся тот.- Тимофеев не хочет расставаться
ни с кадетами, ни с Антантой .
У кадетов - связи и кадры. У Антанты - деньги и оружие.
Из стенограммы заседания Верховного революционного трибунала
КРЫЛЕНКО: В первые же дни кровавой гражданской войны, которую повела против
пролетариата буржуазия, эсеры оказались в первых рядах тех сил, за которыми
шли тяжелой поступью батальоны буржуазии...
Эсеры оказались в этой войне в качестве вождей и застрельщиков на стороне
буржуазии.
К.ЦЕТКИН: ... Они поднимали восстания, устраивали экспроприации, террористические
акты, направленные против вождей революции, взрывы .поездов и железнодорожных
мостов и т.д.
ПОКРОВСКИЙ: Мы должны твердо и ясно сказать, что на скамье подсудимых
нет социалистов, здесь есть только буржуазные заговорщики.
А.МУНА: ...Партия с.р. - партия мелкобуржуазная. С самого начала русской
революции она выступает как контрреволюционный фактор .
На трибуне Тимофеева сменил член ПК ПCР М.Я.Гендельман-Грабовский.
- Когда предыдущий оратор сказал, что мы отвергаем возможность какого
бы то ни было объединения и даже косвенного сотрудничества с большевиками,
из зала подали реплику - а как же быть с Советами?
Жизнь показала, что после Октябрьского переворота, после узурпации власти
большевиками, Советы полностью утратили свой социалистический характер.Они
переродились, едва успев появиться. Поэтому ближаяшая наша цель -восстановление
полноправного Учредительного собрания.
Из обвинительного заключения
.... VIII Совет партии эсеров поставил на первое место работу по немедленной
вооруженной ликвидации Советской власти.
Донской голосовал за эту резолюцию, хотя и сознавал ее полную абсурдность.
"Перед кем играем в прятки?- ряскалял себя. Даже не в прятки, а по-детски
кричим из под маминой юбки - ау! ау! О чем речь? О каких лозунгах Учредительного
собрания, когда оно приказало долго жить? Да у нас нет и своего печатного
органа. Закрыли, а вернее, прихлопнули большевики наши газеты и журналы.
А что им оставалось делать, если с каждой газетой и журнальной страницы
Гоц и Чернов, Авксентьев и Зензинов, Гендельман-Грабовский и Веденяпин
призывали трудящиеся массы к саботажу, спекуляции, забастовкам, шантажу,
скрытому и открытому сопротивлению Советской власти. Сеяли в народе пораженческие
настроения, неверие в победу над интервентами и белогвардейцами. Вступление
войск Антанты на российскую территорию. Это, видите ли, не оккупация,
не грябеж среди белого дня, а временное соглашение с союзниками, которые
не будут вмешиваться во внутренние дела. Их задача - помочь силам демократии
победить большевиков. - Билиберда. Фиговый листок... Казуистика. Зачем
же тогда Совет ориентировал партию на консолидацию антисоветских движений?
Нацелил на создание органов демократического представительства на окраинах
России?
По решению 8-го Совета партии для общего руководства работой в Москве
оставались Евгения Ратнер, Тимофеев и Гоц. В Вологду,для установления
контактов с союзными державами, направился Рудаков.В Сибирь, на которую
возлагались особые надежды, поехали Зензинов, Аргунов и Авксентьев. В
Поволжье - тоже весьма перспективный район - Веденяпин, Буревой, Гендельман-Грабовский,
Коган-Бернштейн, Раков и Чернов В Киев, налаживать отношение с Центральной
Радой,- Рихтер и Герштейн.
Из стенограммы заседания Верховного революционного трибунала
Р.МАРШАН: Французский консул придавал большее значение связи с социалистами-
революционерами, с Савинковым. Предполагалось, что в новом русском правительстве
после свержения Советской власти, руководящее значение будут иметь социалисты
- революционеры, причем во главе министерства должен был стать В.Чернов.
Партия социалистов-революционеров получала довольно часто значительные
субсидии от французского консульства через Эрлиха для работы своих боевых
дружин. Эрлих и Шарль Дюма выдвинули в 1918 году проект взрыва при помощи
социалистов-революционеров флота в Кронштадте...
26 июля 1922 года на утреннем заседании Ренэ Морисович Маршан рассказал
верховному Трибуналу, что во французском консульстве он ведал делами печати,
давал информацию, переводил с французского языка на русский и наоборот.
Имел широкий доступ к совершенно секретным материалам. Вся деятельность
французской миссии в России была направлена на свержение Советской власти.
Французское генеральное консульство имело своих платных агентов во всех
русских социалистических партиях, которые боролись против большевиков,
против Ленина. Связь с меньшевиками держал бывший депутат социалистического
департамента Алье Шарль Дюма; связь с кадетами, с научным миром - профессор,бивший
член Французского института в Петрограде, Мазон; связь с Борисом Савинковым
была поручена Анри Готье; связь с ЦК ПСР - Эрлиху и Шарлю Дюма. С монархическими
партиями контактировал граф де Шовиньи. Одновременно он регулярно встречался
с членами ЦК ПСР Тимофеевым и Донским - в Москве, с известным поклонником
Керенского, бывшим комиссаром Временного правительства при Ставке в корниловские
дни М.М.Филоненко - в Петрограде.
Р.МАРШАН: Кормился во французском посольстве Борис Савинков. Об этом Маршаяу
говорил Гекье. Нуланс согласовал с Савинковым мятеж в Ярославле с высадкой
союзных войск в Архангельске. Но все карты им перепутали большевики. И
мятеж в Ярославле и высадка десанта союзников в Архангельске в конечном
счете закончились и для Нуланса, и для Савинкова полным крахом.
В.И.Ленин подчеркивал, что как только массы убеждались, куда привели их
меньшевики и правые эсеры,последние оставались без поддержки масс. "Их
оставляют,- писал Владимир Ильич.- Тогда они в последней надежде прибегают
к спекуляции на голоде, а когда и это не выходит, они не брезгуют такими
приемами, как убийство из-за угла".
Из постановления ВЦИК от 14 июня 1918 года
"Принимая во внимание, что Советская власть переживает исключительно трудный
момент, выдерживая одновременно натиск как международного империализма
всех фронтов, так и его союзников внутри Российской Респубдики, не стесняющихся
в своей борьбе против Рабоче-Крестьянского правительства никакими средствами
от самой бесстыдной клеветы до заговоров и вооруженных восстаний..., исключить
из своего состава представителей партии социалистов-революционеров и меньшевиков
и предложить всем Советам Рабочих, Солдатских и Крестьянких депутатов
удалить их из своей среды.
Недолго просуществовал блок большевиков и с левыми эсерами. В марте 1918
года в знак протеста против заключения Брестского мира левые эсеры вышли
из правительства.
Вскоре к разногласиям между большевиками и левыми эсерами по вопросу о
Брестском мире прибавились другие. 9 мая 1918 года ВЦИК принял декрет
о продовольственной диктатуре. Народный Комиссариат по продовольствию
получил чрезвычайные полномочия в борьбе с кулаками, которые прятали хлеб,
спекулировали им. Местные органы власти получили право изымать у кулаков
хлебные излишки и распределять их среди бедноты. В сложившейся ситуации
левые эсеры открыто перешли на сторону сельской буржуазии и выступили
как идеологи кулачества.
Что же не нравилось левым эсерам в продовольственной политике большевиков?
Что являлась для них неприемлемым? Они отрипали продовольственную диктатуру,
реквизиционные отряды, образование в деревне комитетов бедноты.
Левые эсеры вели широкую агитацию против продовольстпенных мероприятий
Советской власти. Стремились подбить крестьянство взяться за оружие.
Обо всех этих перепетиях борьбы левых эсеров в деталях знал Дмитрий Донской
и втайне радовался. Его не смущали крикливые социальные декларации левых
эсеров. Левые, правые - все равно эсеры. Все равно в конечном итоге и
те и другие - против Сонетской власти в ее оольшевистком одеянии.
 |
| Ф.Э.Дзержинский (1877 - 1926) |
Говорят, бывают сны и видения, которые сбываются.
Донской никогда не был не религиозен, ни суеверен. Иногда, правда, ему
хотелось поверить в собственное пророчество, если бы он не понимал, что
вовсе не озарение свыше, а просто понимание реальности происходящего приводит
человека к трому или иному предвидению. И все же вступая в Февральскую,
а затем и Октябрьскую революции, он не предвидел, что судьба вознесет
его так высоко - до члена ЦК и руководителя Московской организации эсеров.
Приступая к выполнению своих нелегких обязанностей, Дмитрий Дмитриевич
счел нужным сказать ближайшему окружению:
- Мы очистим Москву от большевиков без единого выстрела руками рабочих.
Московские заводы и фабрики откажут в доверии Ленину и станут нашей опорой
в возрождении народовластия...
Теперь реальным противником Донского в Москве становился Дзержинский.
Боевикам Семенова будут противостоять чекисты. Конечно, в масштабном плане,
главной целью эсеров становился Ленин. Дзержинский, при всей его значимости,
был в окружении Ленина только одним из самых талантливейших и преданных
его соратников и учеников.
Дзержинский... Он сидел за столом и машинально набрасывал на лист бумаги
неведомый профиль. На душе было тревожно. Слухи о готовящемся покушении
на германского посла росли, их подтвердил из Наркоминдела Л.М.Карахан.
- Феликс Эдмундович, на графа Мирбаха готовится покушение.
- Откуда это известие?
- Сведения получены из германского посольства. Там утверждают, что против
Советской власти готовится заговор... Есть фамиии, адреса...
 |
| Граф Мирбах |
Из показаний Я.Г.Блюмкина по делу убийства германского
графа Мирбаха
"Германский посланник в Советской России граф Вильгельм Мирбах был убит
в Москве, в Денежном переулке, в одной из гостиных посольского здания
около 3-х часов дня 6 июля 1918 года. Убийство было совершено при посредстве
револьвера и толовой бомбы бывшим членом ВЧК, членом партии левых эсеров
Яковым Блюмкиным и фотографом подведомственного ему отдела ВЧК, также
членом партии Л С Р Николаем Андреевым".
III съезд партии левых эсеров проходил в Москве.
Он постановил "разорвать революционным способом гибельный для рус-ской
революции Брестский мир".
Подготовка к убийству Мирбаха была попешной. За два дня до террористического
акта Блюмкин не имел ни малейшего представления о покушении. Но ему приказали,
и он выполнил решение диктаторской тройки ЦК. Подпись Ксенофонтова подделал
Блюмкин, а подпись Дзержинского - один из членов ЦК ПСР. Александрович
поставил печать. Шофер автомобиля не был посвящен в курс дела. В германском
посольстве были в 2 часа 15 минут.
- Я ответственный сотрудник ВЧК,- надменно процедил Блюмкин,- а это, -
указал на Андреева,- член революционного трибунала. Нам необходимо видеть
посла по весьма важному делу.
Блюмкин и Андреев предъявили удостоверения, подписанные Председателем
ВЧК Ф.Э.Дзержинским и секретарем И.К.Ксенофонтовым. На удостоверении стояла
печать Всероссийской Чрезвычайной Комиссии.
- Я - доверительное лицо господина посла и уполномочен вести любые, в
том числе и секретные переговоры,- заявил доктор Рицлер. Блюмкин упрямо
качнул головой:
- Мы должны говорить с графом Мирбахом. Дело касается только его. Граф
Мирбах осторожничал. Долго советовался с помощниками. В конце концов уступил:
как-никак представители высоких государственных органов. Принял их в каминной.
Здесь же находились лейтенант Мюллер и советник Рицлер.
- ВЧК недавно арестовало венгерского офицера Роберта Мирбаха,- сказал
Блюмкин. - Вашего племянника, посол. Что вы думаете по этому поводу?
Мирбах удивленно поднял бровь:
- Не имею чести знать этого офицера, а родственников в России у меня нет.
- И все же, это ваш племянник,- настаивал Блюмкин.
Мирбах холодно произнес:
- Судьба этого человека меня не интересует.
- Полагаю, господин посол хотел бы знать какие меры мы примем,- произнес
Блюмкин условную фразу.
Террористы выхватили револьверы. Загремели выстрелы. Лейтенант Мюллер
схватился за плечо. Посол бросился к двери. Блюмкин за ним. Выстрелил
послу в затылок. Швырнул гранату и выпрыгнул из окна на улицу. Граф Мирбах
был убит наповал. Лейтенант Мюллер и советник Рицлер ранены.
Это случилось в 14 часов 32 минуты. Дзержинскому позвонил Ленин. Инцидент
чреват серьезными политическими осложнениями: убит посол, ранены его ближайшие
сотрудники. Убийцы назвали себя официальными представителями ВЧК. Хрупкий
мир, так нужный Советской республике, повис на волоске.
Дзержинский немедленно отправился в Германское посольство. Лейтенант Мюлллер
с рукой на перевязи холодно поклонился:
- Ну, что вы теперь скажете, господин Дзержинский?
- Провокация! Наши противники хотят поссорить Германию с Россией.
- Но это же сделано по вашему указанию, господин Дзержинский! Террористы
-ваши сотрудники. Вот их мандат. Не угодно ли взглянуть?
"Это не забывчивость, не спешка террористов... Специально оставили как
вещественное доказательство причастности к покушению ВЧК", - подумал Дзержинский,
а вслух сказал:
- Бланк и печать подлинные, но этот документ я не подписывал...
Дзержинский подошел к окну. Внимательно рассмотрел удостоверение.
- Подписи перерисованы, скопированы...
Приехали в германское посольство В.И.Ленин и Я.М.Свердлов. Выразили искреннее
соболезнование. Заверили, что по делу будет проведено тщательное расследование.
Виновные понесут суровое наказание. Вернувшись на Лубянку, Дзержинский
вызвал своих помощников.
- Имена покушавшихся установлены: Яков Блюмкин, начальник секретного отдела
ВЧК, Николай Андреев, наш фотограф. Оба эсеры. Найти и немедленно арестовать!
- Блюмкин сейчас находится в отряде Попова,- сказал комиссар А.Я.Беленький.-
Я только что оттуда.
- Отправляйтесь обратно и арестуйте Блюмкина,- распорядился Дзержинский.
С тремя чекистами Беленький уехал к Попову, но вскоре вернулся и сообщил,
что Блюмкина в отряде уже нет. Дзержинский резко отодвинул кресло:
- Еду к Попову!
В эти часы в Москве начался лево-эсеровский мятеж. Попов первым примкнул
к мятежникам. Эсеровское руководство возлагало на его отряд особые надежды.
Расквартированный у Покровских ворот и в районе Трехсвятительского переулка,
он стал опорой ЦК левых эсеров, заседавшего в бывшем особняке Морозова:
сюда и приехал Дзержинский. Попов встретил его настороженно, хотел даже
отрапортовать. Дзержинский прервал его:
- Где Блюмкин?
-Он... Уехал в больницу... Повредил ногу.
- В какой он больнице?
- Не знаю...
Дзержинский нахмурился. Попов побледнел:
- Честное слово революционера...
На столе лежала шапка Блюмкина. Дзержинский покосился на нее
- Проверим, что стоит слово революционера... Товарищ Хрусталев, останьтесь
здесь. Остальные - за мной.
Дзержинский вышел в соседнюю комнату. Следом за ним - чекисты А.М.Трепалов
и А.Я.Беленький. Позади их плелся Попов. В одной из комнат к ним подошли
члены эсеровского ЦК ПСР П.П.Прошьян и В.А.Карелин, окруженные десятком
вооруженных до зубов матросов.
- Дзержинский, вы напрасно ищете Блюмкина,- сказал Карелин. - Блюмкин
убил Мирбаха по заданию нашего ЦК. Всю ответственность мы берем на себя.
- Ах вот как! В таком случае вы арестованы. Попов, взять их под арест.
Если вы не выполните моего приказа - застрелю как предателя!
Попов растерялся. С Дзержинским шутки плохи. Прошьян и Карелин притворились,
будто повинуются и бросились в соседнюю комнату, где оказались почти все
члены лево-эсеровского ЦК: Д.А.Черепанов, Б.Д.Камков, М.А.Спиридонова,
В.А.Александрович, Ю.В. Саблин. Дзержинского окружили матросы.
- Сдавайте оружие,- потребовал Саблин.
- Неужели вы допустите, чтобы на ваших глазах разоружили Председателя
ВЧК? - бросил Дзержинский матросам.
Саблин и Прошьян подошли к Феликсу Эдмундовичу вплотную. Дзержинский отшатнулся:
- Товарищи моряки, вас обманывают! Я прислан сюда Совнаркомом. Попытка
отнять у меня оружие будет означать, что вы объявили войну Советской власти!
Матросы колебались. Ю.В.Саблин, П.П.Прошьян и помощник Попова Д.Д.Протопопов
схватили Дзержинского за руки и отняли револьвер. Матросы разоружили Трепалова
и Беленького.
- Брестский мир сорван!- выпалил Саблин. - Война с Германией неизбежна.
- Вовлекая страну в войну, вы помогаете англо-французским империалистам
и контрреволюции. Вы предатели!- бросил в лицо мятежникам разгневанный
Дзержинский.
- Нет, это вы изменники!- крикнула Мария Спиридонова.- Вы, большевики,
лакеи Мирбаха.
Чекистов втолкнули в маленькую комнату. Приставили вооруженную охрану.
Вошел Попов. Дзержинский презрительно бросил:
- Предатель?
- Я всегда подчинялся вашим приказам, Феликс Эдмундович, - ответил, заикаясь,
Попов.- Теперь с этим покончено. Выполняю приказы только своего ЦК.
Увидев вошедшего в комнату Д.А.Черепанова, Попов приободрился:
- Большевики снюхались с немцами. Декреты СНК написаны под диктовку германского
посла. Больше он вам ничего не продиктует: кончилось ваше время!
- Верно,- добавил Черепанов.- У вас были октябрьские дни, а у нас -июльские.
Эсерам удалось захватить отдельные советские учреждения, арестовать несколько
ответственных работников - большевиков: заместителя Председателя МК М.Я.Лациса,
Председателя Московского Совета П.Г.Смидовича и других -всего 27 человек.
Член ЦК левых эсеров П.П.Прошьян обосновался на Центральном телеграфе
и передавал оттуда воззвание эсеров. Член ЦИК Всероссийского почтово-телеграфного
союза левый эсер В.В.Лихобадин издал приказ, в котором объявлял левых
эсеров "правящей в настоящее время партией" и требовал задерживать все
телеграммы, подписанные Лениным и Свердловым.
Над революцией и Советской властью нависла серьезная опасность. Эсеры
вели страну к новой войне с Германией. Создавшуюся ситуацию могла использовать
и внутренняя контрреволюция.
Подавлением мятежа руководил В.И.Ленин. По его совету большевики поднимали
на борьбу верные Советской власти воинские части. Проводили мобилизацию
коммунистов на заводах и фабриках. Задержали в Большом театре до особого
распоряжения всех левоэсеровских делегатов У Всероссийского съезда Советов
во главе со Спиридоновой. Под вооруженную охрану брались все столичные
вокзалы, банки, телеграф, сберегательные кассы, больницы, гостиницы, почта.
ДАНИШЕВСКИЙ: Все эти дни и ночи, пока шла борьба, вместе с московским
пролетариатом бодрствовал и Владимир Ильич. Из штаба Муралова, из штаба
Латышской дивизии на его частые запросы все время давались пояснения о
передвижении наших частей и подготовке решительного удара по мятежной
банде. Голос Владимира Ильича по телефону звучал решительным приказом
ускорить операции.
Владимир Ильич с группой ближайших друзей ночью сам обходил военные посты
по Кремлевской стене и всматривалвя и прислушивался к тому, что делается
в городе.
ВАЦЕТИС: Около полуночи я отправился в автомобиле в Кремль представиться
В.И.Ленину и поручить от него указания... Быстрыми шагами он подошел ко
мне, поздоровался и задал вопрос:
- Товарищ, выдержим до утра?
... Я поручился за успех операции своей головой... Я действительно был
убежден в нашей победе.
НИКОЛАЕВ: Отряд Попова занял телефонную станцию. Меня из Кремля отправили
с латышским отрядом ее отбивать. Мы отправились на грузовиках с пулеметами
к телефонной станции... Первый телефон, который после выключения всей
станции был "оживлен", - это телефон Владимира Ильича в его переговорной
будке. Звоню туда. Слышу "алло" Владимира Ильича. Докладываю ему о взятии
станции и сообщаю, что пока работает только его телефон, все остальные
молчат. "Немедленно включайте по списку наши телефоны..." Почти до утра
один за другим включались "наши" телефоны.
 |
| И.И.Вацетис (1873-1938) |
И.М.Вацетис действовал в Москве на основании ленинской
директивы: восстание левых эсеров ликвидировать не позднее двенадцати
часов 7 июля 1918 года. Около десяти часов командир первой бригады Дудин
донес Вацетису: 1-й Латышский и Образцовый полки отбросили противника
в Трехсвятительный переулок и подошли к храму Владимира. Батарея Э.П.Берзина
заняла позиции недалеко от особняка Морозова, где засело "правительство"
мятежников, 2-й Латышский полк занял Покровские казармы. Успешно продвигался
к штабу мятежников 3-й Латышский полк
Загремели пушки. Мятежники не выдержали и побежали. Они бросились к вокзалам.
Надеялись ускользнуть из Москвы. В.И.Ленин дал телефонограмму всем волостным,
деревенским и уездным Совдепам Московской губернии: "Разбитые банды восставших
против Советской власти левых эсеров разбегаются по окрестностям. Убегают
вожди всей этой авантюры. Принять все меры к поимке и задержанию дерзнувших
восстать против Советской власти..."
Возвратившись в ВЧК, Дзержинский принял решительные меры к задержанию
членов левоэсеровского ЦК. На Курском вокзале поймали успевшего загримироваться
Александровича. В тот же день он вместе с другими двенадцатью бандитами
из отряда Попова по приговору ВЧК был расстрелян.
Дзержинский поспешил в Кремль. Председателя Совнаркома на месте не оказалось.
Он уехал в Трехсвятительский переулок осматривать особняк Морозова, где
заседал штаб заговорщиков. Дзержинского встретил Я.М.Свердлов.
Феликс Эдмундович, потрясенный вероломством, лицемерием и наглостью левых
эсеров, возмущенно рассказывал Свердлову о своих злоключениях в эсеровском
плену.
- Почему они меня не расстреляли?- восклицал он.- Жалко, что не расстреляли,
это было бы полезно для революции.
Горячо любивший Дзержинского, близко знавший его, Свердлов обнял расстроенного
друга за плечи и сказал:
- Нет, дорогой Феликс, хорошо, очень хорошо, что они тебя не расстреляли.
Ты еще поработаешь на пользу революции.
В.И.Ленин назвал левоэсеровский мятеж в Москве как "бессмысленную и преступную
авантюру", которая послужила сигналом для восстаний левых эсеров в Петрограде,
Витебске, Владимире, Жиздре, Ярославле, Казани, Симбирске.
Для ликвидации очагов контрреволюции Совнарком и ВЧК приняли срочные и
радикальные меры. Левоэсеровские мятежники и террористы получили по заслугам.
Выяснилось, что руководил мятежниками и заговорами "Союз защиты родины
и свободы". Докладывая Владимиру Ильичу о его разгроме, Феликс Эдмундович
заметил:
- Штаб союза располагался в Молочном переулке.
- Это, кажется, на Остоженке, - заметил Ленин.
- Верно, Владимир Ильич. В доме номер два. Для прикрытия деятельности
штаба заговорщиков доктор Григорьев открыл медицинский кабинет, где постоянно
дежурил кто-нибудь из руководства "Союза".
Ленин слушал Дзержинского заинтересованно. Прерывал редко. А когда председатель
ВЧК доклад закончил, спросил:
- Что способствовало успеху Савинкова в организации "Союза защиты"?
Дзержинский, не задумываясь ответил:
- Обстановка в Москве. Здесь оказалось много бывших офицеров. Более 38
тысяч. Они не смирились со своим поражением. Савинков сделал их ядром
заговорщической организации.
- Какова их дальнейшая судьба?
- Арестовало ВЧК около пяти тысяч. Собраны в манеже бывшего Алексеевского
юнкерского училища в Лефортове. Ума не приложу, Владимир Ильич, что с
ними делать?
- Отправиться к арестованным офицерам с товарищем Араловым. Подробно с
ними побеседовать, проверить.
Дзержинский посмотрел на заведующего оперативным отделом Наркомвоена.
Недоуменно пожал плечами. Это не ускользнуло от Ленина.
- Думаю,- сказал он тихо и мягко - что не ошибусь, если выражу полную
уверенность, что среди пяти тысяч бывших офицеров найдется немало честных,
правдивых людей, патриотов своей Родины и они согласятся служить в Красной
Армии.
Владимир Ильич говорил о судьбе бывших офицеров-заговорщиков с таким искренним
участием, что казалось за две-три минуты до этого совершенно не слышал
рассказа Дзержинского о подготовке на него покушения. Одна из групп офицеров
установила за ним слежку. К счастью, чекистам удалось разрушить этот зловещий
замысел.
- Знаете,- сказал Ленин, обращаясь к Дзержинскому,- как-то я беседовал
с командиром Вяземского 4-го латышского полка Я.Я.Лацисом в присутствии
Семена Ивановича.
- Помню, хорошо помню эту беседу, Владимир Ильич,- отозвался Аралов.
- Так вот, с большим огорчением я узнал, что Лацис окончил только приходскую
школу, а в старой армии был унтер-офицером. Для командира полка - это
маловато. Командир полка отвечает за судьбы сотен людей, решает сложные
тактические задачи. Верно я говорю?
- Безусловно, Владимир Ильич, - ответил Дзержинский.
- Командиру полка, - продолжал Ленин, - необходимы глубокие знания, высокая
культура, солидный управленческий опыт. У кого их Лацис получит? У старых
военных специалистов. Посоветовал командиру полка всегда и везде учиться.
Учиться военной наукб у офицеров - генштабистов, а также у противника
в ходе боев.
С.И.Аралов, вспоминая о своих встречах с Владимиром Ильичем, писал, что
он с большой иронией и неодобрением отзывался о тех, кто отрицал-необходимость
изучения военной науки или относился к чей дилетантски, пренебрежительно.
Он указывал, что можно спорить, не соглашаться с военными специалистами,
но нельзя огульно отрицать военную науку. Аралову было известно, какое
удивление Ленина вызвала телеграмма И. В.Сталина о взятии Красной Горки.
В телеграмме Сталин писал: "Морские специалисты уверяют, что взятие Красной
Горки с моря опрокидывает морскую науку. Мне остается лишь оплакивать
так называемую науку". Против этого места в телеграмме Владимир Ильич
поставил три восклицательных знака и написал: "Красная Горка взята с с
у ш и". Ленин восторженно приветствовал победу над мятежниками, но, судя
по замечаниям на телеграмме, не одобрял высокомерного и презрительного
отношения к науке.
- Если нам, - говорил Ленин, - удастся из пяти тысяч бывших офицеров-заговорщиков
спасти, сохранить для революции большую часть, какая это будет огромная
польза для наших Лацисов!
Дзержинский собрался уходить. Вид у него был озабоченный и сумрачный.
Проводив Феликса Эдмундовича до двери, Владимир Ильич заметил:
- Тучи сгущаются грозные. Но Советская республика выстоит.
- Поостеречься бы вам, Владимир Ильич. Не ездите на заводские митинги
и собрания без охраны. Эсеры что-то затевают. А что - пока не знаем...
Экспроприация пяти миллионов рублей в Центросоюзе - дело их рук.
- Дорогой, товарищ Феликс. Будем жить и работать. Не дадим себя запугать.
Закрылась дверь за Дзержинским. В кабинете воцарилась тишина. Владимир
Ильич прищурился. Подошел к белой кафельной печи. Потрогал ее руками.
- В кабинете жарко, - заметил он, - а печь - холодная. Вот и нам, большевикам,
надо оставаться хладнокровными в это жаркое лето. Не сбиваться с намеченного
пути. ВЧК крепко держит внутренний фронт. Раскрывает козни самых законспирировайных
контрреволюционных организаций. История за это чекистам минус не поставит.
Что касается арестованных ВЧК в Москве пяти тысяч бывших офицеров-заговорщиков,
вышло так, как говорил Ленин. Многие офицеры: моряки, пехотинцы, артиллеристы,
саперы, кавалеристы охотно согласились служить в Красной Армии. И служили
ей не за страх, а за совесть: обучили тысячи красных бойцов и командиров
военному делу, сами доблестно сражались на фронтах гражданской войны на
стороне Советской власти.
Паутина антисоветского заговора плелась эсерами в союзе с подручными Локкарта
- главы специальной английской миссии в Советской России. Локкарт знал,
что из Петрограда в Москву приехали отборные эсеровские боевики и отдал
распоряжение своим людям снабдить их через посольские представительства
дружественных Англии стран взрывчаткой, оружием, продуктами. Помог подыскать
надежные и удобные для посещения явки. Такими стали квартира врача Винтерфельда
в районе Смоленского рынка и дача в Томилино по Казанской железной дороге.
Подрывные снаряды изготовлялись эсерами в фотоателье на Долгопрудной улице,
а взрывчатые материалы привозились из Голицыно.
Через Тимофеева - самозванного эсеровского дипломата, Локкарт поддерживал
тесную связь с Московским бюро ЦК ПСР. Знал, что там осваивают маршруты
Ленина на крупнейшие заводы и фабрики Москвы, в рабочие заставы и поселки.
Устанавливают точные адреса и номера домашних телефонов руководящих работников
ЦК ВКП/б/, Совнаркома и Моссовета.
В списке смертников Локкарта, как и Московского бюро ЦК ПСР, Председатель
Совнаркома значился первым. Поэтому английский резидент пытался определить
узкий круг лиц, которые могли бы иметь беспрепятственный допуск в Кремль
и встречаться с Лениным. В центре внимания Локкарта оказался Эдуард Петрович
Берзин - командир латышского особого легкого артиллерийского дивизиона.
Локкарт встретился с ним 14 августа 1918 года на частной квартире по Басманной
улице, в Хлебном переулке, в доме номер девятнадцать.
Беседа длилась не менее часа. Локкарт уточнил детали заговора, назначил
время выступления латышей. Определил порядок захвата Совнаркома, ареста
и убийства Ленина.
- Да, да,- подчеркивал Локкарт.- Надо в самом начале убрать Ленина. При
живом вожде большевиков наше дело будет проиграно.
Локкарт заявил Берзину, что связь с ним будет поддерживать представитель
английской миссии Константин Рейс.
Берзин, проинструктированный лично Дзержинским, встретился на Цветном
бульваре с Константином Рейсом, а на самом деле - с Сиднеем Рейли.
- Начало акции - первые числа сентября,- сказал английский агент.-Захватите
в полном составе Совнарком и в первую очередь - Ленина.
Все арестованные члены СНК должны быть отправлены в Архангельск. Сидней
Рейли высказал сомнение против отправки туда Ленина.
- Ленин обладает удивительной способностью подходить к простому человеку.
Можно быть уверенным, что за время поездки в Архангельск он сумеет склонить
на свою сторону конвойных, и те освободят его. Поэтому было бы наиболее
верным Ленина немедленно после ареста расстрелять.
Предполагалось захватить Государственный банк. Центральные телефонную
и телеграфную станции, здание ВСНХ. Ввести военную диктатуру и под страхом
смертной казни запретить какие-либо собрания до прибытия в Москву английской
военной администрации.
"Рейс" в деталях обрисовал проведение в Москве всенародных молебствий
и церковных проповедей в защиту контрреволюционного переворота.
- Согласие высшего духовенства Москвы получено, - с гордостью заявил "Рейс"
и передал Берзину в пачках 700 тысяч рублей на "мелкие расходы".
22 августа - новая встреча. "Рейс" передал Берзину еще 200 тысяч рублей
и ознакомил в деталях с планом захвата рабочих кабинетов Ленина и Аралова,
а также руководителей отделов Высшего Совета Народного Хозяйства.
- В кабинетах Ленина и Аралова, - поучал "Рейс", - возьмите такие документы,
опубликование которых могло бы спровоцировать войну между Германией и
Советской Россией.
В докладе на имя Я.М.Свердлова Э.П.Берзин писал: "Узнав о грозящей товарищу
Ленину опасности, я сейчас же поехал к нему, доложил о дьявольских планах
негодяев и предупредил, чтобы он был осторожным..."
На третьей встрече Константин Рейс вручил Берзину еще 300 тысяч рублей.
Предложил поехать в Петроград. Установить контакты с английской миссией.
Берзин выехал в Петроград. На переговорах с руководителями английской
военной миссий узнал, что к заговору против Советской власти привлечено
белое подполье Тамбова и Нижнего Новгорода.
Положение становилось угрожающим, В ночь с 24 на 25 августа 1918 года
ВЧК арестовала более 100 человек активных участников белогвардейского
заговоиа. Изъяла массу документов и перехватила переписку с руководителями
переворота на местах. Сиднею Рейли в самый последний момент удалось ускользнуть
от чекистов. Арестовали Локкарта. На допросах в ВЧК начальник британской
миссии не отличался ни скромностью, ни молчаливостью.
И все же словоохотливый "дипломат" ни словом не обмолвился о той гнусиой
роли, которую играли лидеры эсеров в подготовке захвата Кремля, ареста
членов Совнаркома и физического уничтожения его председателя В.И.Ленина.
СВИДЕТЕЛЬСТВА ВРЕМЕНИ
Из беседы В.И.Ленина с сотрудникам "Известий ВЦИК" по поводу мятежа левых
эсеров 7 июля 1918 г.
"Нас провоцируют на войну с немцами, когда мы не можем и не хотим воевать.
Этого грубого попрания народной воли, этого насильственного толкания в
войну народные массы левым эсерам не простят.
И если кто и радовался выступлению левых эсеров и злорадно потирал руки,
то только белогвардейцы и прислужники империалистической буржуазии. А
рабочие и крестьянские массы еще сильнее, еще ближе сроднились в эти дни
с партией коммунистов-большевиков, истинной выразительницей воли народных
масс".
Из заключения обвинительной коллегии Верховного Революционного Трибунала
при ВЦИК Советов по делу о контрреволюционном заговоре ЦК л.с.-р. против
Советской власти и революции
"Партия л.с.-р. отказалась ратифицировать мир. Партия л.с..-р. не могла
порвать с породившей ее средой - мелкой буржуазии, унаследовала от неЈ
и веру в революционную фразу, и теорию героев и толпы, и неумение и бессилие
подняться выше в нужный момент над интеллигентским преклонением перед
словесным фетишем".
Своим выходом из правительства, партия л.с.-р.избавила Правительство от
излишнего балласта, тормозившего его деятельность...
ИЗ ПРОТОКОЛА СОЕДИНЕННОГО ЗАСЕДАНИЯ ВЦИК, МОСКОВСКОГО
СОВЕТА, ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СОЮЗОВ И ФАБРИЧНО-ЗАВОДСКИХ КОМИТЕТОВ
29 июля 1918 г.
"Соединенное заседание ВЦИК, Московского Совета, профессиональных союзов
и фабрично-заводских комитетов, заслушав доклады представителей центральной
власти постановило:
1. Признать Социалистическое Отечество в опасности.
2. Подчинить работу всех Советов и иных рабочих организаций основным задачам
настоящего момента: отражению натиска чехословаков и успешной деятельности
по сбору и доставке хлеба в нуждающиеся в нем местности.
3. Провести самую широкую агитацию в рабочих массах Москвы и других местностей
по выяснению критического момента, переживаемого Советской республикой,
по выяснению необходимости и в военном и продовольственном отношении очищения
Волги, Урала и Сибири от всех контрреволюционеров.
4. Усилить бдительность по отношению к буржуазии, всюду становящейся на
сторону контрреволюционеров. Советская власть должна обеспечить свой тыл,
взяв под надзор буржуазию, проводя на практике массовый террор против
нее".